В мире
Samsung: феномен партнерства с государством

Восемьдесят три отраслевых и территориальных подразделения Samsung работают на всех обитаемых континентах. Южную Корею порой называют «государством Samsung». Из безвестной фирмы нищей страны Samsung выросла до гигантской структуры, в которой трудятся сотни тысяч кадров высочайшей квалификации, а стоимость активов исчисляется десятками миллиардов долларов. История успеха? Скорее пример гармонизации государственных, социальных и корпоративных интересов во имя настоящего и будущего страны.

Первый среди равных

Священная корпоративная история гласит, что основатель Samsung, сын богатого землевладельца Ли Бен Чхуль начинал в 1938 году с торговли сушеной рыбой и сахаром. Читатель, не верящий благостным сказкам, может заметить, что Корея в те времена переживала экономический взлет: в Японии резко выросли цены на труд и не прекращались связанные с Великой депрессией экономические неурядицы, поэтому из Японии капиталы потекли в Корею. Невысокие налоги, дешевая рабочая сила при неограниченной поддержке бизнеса колониальной администрацией – в таких условиях зарождался эмбрион корейского промышленного феномена. Торговая компания Samsung получила кредит в Промышленном банке, одна из первых в Корее сориентировалась на экспорт и поставляла различные товары в Гонконг, Макао и Сингапур: хлопковую пряжу, швейные машинки, сталь, удобрения и прочее. Вскоре компания стала торговым монополистом этого рынка.

Корейская война чуть не разорила Samsung. Ли Бен Чхуль свернул операции на севере и в Сеуле и бежал в Пусан. Но цены на товары первой необходимости росли, а миллионы беженцев представляли собой дешевую и дисциплинированную рабочую силу, так что к 1953 году Samsung уже прочно стояла на ногах и была крупнейшим игроком рынка.

В послевоенный период правительство Ли Сын Мана плотно занялось экономикой страны и именно тогда зародился феномен и основа корейской экономики – чеболь, финансово-промышленная группа в собственности и под контролем группы определенных семей.

Японский аналог чеболя известен с XVII века под названием дзайбацу. Корейские чеболи намного моложе, но именно они породили корейское экономическое чудо. В чеболях трудится меньше четверти рабочей силы страны, но производят они больше половины объема промышленного производства.

Чеболи возникли не в результате конкуренции на свободном рынке, а были созданы искусственно и целенаправленно. Между государством и несколькими крупными корпорациями образовался альянс, причем государство играло важную роль в регулировании бизнеса и социальных отношений. Взаимная выгода «эксклюзивных» отношений с государством состояла, в частности, в возможности закупать поставляемое из США сырье по официальному валютному курсу и реализовывать продукцию на неконкурентном внутреннем рынке, а также покупать средства производства и землю по заниженным ценам. В свою очередь государство контролировало иностранную помощь и поставки зерна в страну.

Именно в 1950-е годы была основана Либеральная партия, политически обеспечившая взаимовыгодные отношения корпораций с государством. И именно в это время Samsung откупает у государства значительные доли (от 50 % до 83 %) в трех из четырех корейских банков. В свою очередь правительство выступает гарантом по кредиту в $180 тыс., привлеченному Samsung на строительство сахарного завода Cheil Sugar. Это подразделение Samsung впоследствии расширилось и стало строить мукомольные заводы (где мололи зерно из продовольственной помощи США). В 1956 году была основана шерстепрядильная фирма Cheil Industries – и тоже не без поддержки государства. А затем государство размещает в Samsung $1 млн американской помощи и устраняет с рынка конкурентов корпорации, ограничив экспорт шерстяных тканей.

К концу 1950-х годов Samsung становится самым большим из чеболей и насчитывает 16 отраслевых и территориальных подразделений. При том, что Южная Корея той эпохи – одна из беднейших стран мира.

 

Принуждение к патриотизму

Политический переворот Пак Чжон Хи 1961 года нанес настоящий удар по Samsung. Военное правительство национализировало банки и финансовые институты, конфисковав их акции у частных акционеров. Samsung не избежала общей для всех чеболей судьбы. В качестве наказания за сотрудничество с правительством Ли Сын Мана у корпораций конфисковали собственность. Лидеры чеболей были арестованы.

Расследование выявило, что Samsung жертвовала Либеральной партии астро­номические суммы, а правительство закрывало глаза на недоплаченные налоги, которые также были огромны. Казалось бы, с Samsung покончено, но вдруг все переменилось: военное правительство решило не наказывать чеболи, а поставить их на службу экономической модернизации страны.

Ли Бен Чхуль бежал в Японию, но спустя месяц добровольно вернулся в Корею. Главу Samsung арестовали прямо в аэропорту и отвезли в тюрьму, где он пробыл недолго: вскоре глава корпорации оказался в резиденции Пак Чжон Хи, где провел переговоры с диктатором об экономическом будущем страны.

Военные предъявили корпорациям ультиматум: отныне они работают на реализацию дерзкого плана по превращению полунищей страны в индустриального лидера. Политизация экономического развития приняла новые формы: теперь государство доминировало над частным капиталом, что в корне отличалось от прежнего союза правительства и корпораций.

Жесткий контроль государства над финансовыми потоками привел корпорации к послушанию: теперь они инвестировали туда, куда указывало государство – «в интересах всей нации». Чеболи были отстранены от политики, а политические деятели отныне носили погоны и, следовательно, не имели связей с частными капиталами.

Те, кому Пак Чжон Хи доверял, были назначены олигархами. На них возложили ответственность за выполнение рекомендаций правительства и, главное, за расширение экспорта. Взамен избранные получили доступ к льготным кредитам и гарантии перед иностранными кредиторами, а многочисленные забастовки рабочих мгновенно и жестко подавлялись силами полиции.

Выпущенные из-под ареста главы корпораций организовали Корейскую ассоциацию бизнесменов, которую возглавил опять-таки Ли Бен Чхуль. Наложенные было гигантские санкции за коррупцию снизили до приемлемого размера, а взамен виновные обязались построить в Ульсане новый промышленный район и передать акции созданных там предприятий государству (стоит отметить, что к концу 1980-х годов акции были возвращены корпорациям за символический выкуп). Таким образом, сотрудничество государства с частными корпорациями вышло на новый виток. Резкая девальвация корейской валюты в 1964 году способствовала экспортному рывку. Среднегодовой рост ВНП в конце 1960-х достиг 8,45 %, а рост экспорта составил 53 % в год. Так началась история современных корейских чеболей, а по сути, современной корейской экономики.

Надо сказать, что благоволение правительства не только ускорило диверсификацию Samsung, но придало развитию корпорации качественно иной уровень. К середине 1960-х годов корпорация уже производит минеральные удобрения, занимается нефте­химией и электротехникой. Прыжок Samsung в тяжелую индустрию никого не удивил, хоть эта сфера и была новой для корпорации. А к началу 1970-х годов Samsung входит на финансовые рынки: в страховой бизнес (через покупку Dong Bang Life Insurance, Ankuk Fire, позднее переименованную в Samsung Fire, и Marine Insurance), ценые бумаги и розничный банкинг, а также в медиаиндустрию.

В 1973 году корпорация объявила трехлетний план по укреплению позиций в тяжелой, химической и нефтехимической отраслях. И после основания в 1974 году Samsung Petrochemical и Samsung Heavy Industries число подразделений корпорации стало непрерывно расти (с 16 в 1972 году до 33 в 1978 году).

Все это стало возможно из-за поступательного накопления капитала в условиях защиты внутреннего рынка и привилегированных кредитов, предоставляемых государственными банками. Теперь Samsung присутствовала везде на земле, в океане и в космосе, чему свидетельство судостроительная Samsung Shipbuilding и аэрокосмическая Samsung Aerospace (позднее Samsung Techwin).

Правда, роман корпорации и государства не был безоблачным: в 1966 году сын Ли Бен Чхуля попался на хищении кредитов и спекуляции товарами, полученными по правительственным льготам. Сын олигарха получил прощение после того, как глава Samsung добровольно – по просьбе Пак Чжон Хи – подарил государству 51 % своей компании (государство вернет их собственнику через 20 лет).

Итак, с 1960-х годов доля чеболей – «большой пятерки» Samsung, Daewoo, Hyundai, LG, SK, KIA, в экономике страны непрерывно росла до более половины ВНП к настоящему времени. Причем после 1987 года, когда военные передали власть гражданскому правительству, положение чеболей и, в частности, Samsung не слишком изменилось. Корпорации по-прежнему основа экономики страны и занимают привилегированное положение. Государство продолжает поддерживать чеболи своей мощью и авторитетом. Так, в кризис 2008 – 2009 годов государство настоятельно рекомендовало банкам пролонгировать кредиты, взятые различными подразделениями Samsung. Банки, разумеется, пошли навстречу этой просьбе.

Впрочем, тесные связи с государством и привилегированное положение чеболей не всегда на пользу. Если обычная фирма страшится ошибок и неверных инвестиционных решений, то чеболям многое сходит с рук – ведь государство придет на помощь кредитами, налоговыми и таможенными льготами, а порой и преференциями на внутреннем рынке. Например, провал Samsung в судостроении, случившийся в 1974 году. А на конкурентном мировом рынке Samsung впервые достигла успеха лишь с образованием Samsung Electronics. Именно электронная индустрия сделала Samsung выдающимся и необыкновенным чеболем.

 

Через Samsung Electronics к славе

История Samsung Electronics восходит к объединению компании Sanyo и завода черно-белых телевизоров в г. Сувон (Samsung Electric Industries). Впоследствии были основаны и быстро набрали мощь производства Samsung Electro-Mechanics, Samsung Corning и Samsung Semiconductor & Telecommunications. В 1988 году все эти предприятия объединились в рамках Samsung Group. Так родилась Samsung Electronics.

На рынок бытовой электроники Samsung явилась сравнительно поздно: еще в 1950-х корейская Goldstar (ныне LG) собирала телевизоры и радиоприемники в союзе с японскими компаниями. Правительство Пак Чжон Хи видело потенциал стремительно растущего рынка и в середине 1960-х годов запустило 8-летнюю программу продвижения и поддержки электронной промышленности. Таким образом, к концу 1960-х годов корейские телевизоры шли на экспорт сотнями тысяч. А в 1971 году электронику в Корее объявили стратегической экспортной отраслью. То, что начиналось как сборка из заграничных деталей, к концу 1970-х годов стало практически полностью локализованным производством.

Несмотря на поздний старт, дешевая и качественная электроника Samsung вторглась на рынки США – средним производителям оказалось не по силам конкурировать с гигантом, не скупящимся на инвестиции и пользующимся покровительством государства. Начав с производства телефонных коммутаторов, корпорация наладила выпуск телефонов и факсов, а затем – и мобильных телефонов. Одновременно корейский гигант расширялся и в полупроводниковую отрасль, получив 50 % компании Hanguk Semi-conductor. Позднее эта индустрия стала основой прыжка Samsung в компьютерную отрасль.

В 1980-е годы инвестиции Samsung Electronics в исследования и разработки приобрели глобальный характер, а ее подразделения заработали в Португалии, Британии, Японии и в США. Продукция Samsung завоевала популярность своей дешевизной и высоким качеством. И если дешевизна обусловлена практически полной автоматизацией производства и контроля, то качества добились, внедрив систему Line Stop, благодаря которой любой работник может остановить производственный процесс в случае обнаружения некачественной детали или нарушения технологии.

Как раз в 1980-е годы Samsung стала самым крупным чеболем Кореи. После смерти основателя Ли Бен Чхуля в 1987 году корпорация провела реорганизацию с разделением по видам бизнеса на четыре группы. С тех пор Samsung Group принадлежат сферы электроники, тяжелой промышленности, строительства и высоких технологий. Розничная торговля, пищевая и химическая отрасли, логистика, развлечения, СМИ и телекоммуникации достались корпорациям Shinsegae Group, CJ Group и Hansol Group.

Реструктуризация придала новый толчок продвижению Samsung на международном рынке высоких технологий. В 1990-е годы изделия с маркой Samsung появляются почти в каждом доме на всех континентах. Когда в 1993 году Samsung занялась производством LCD-телевизоров, они стали лучшими в мире.

В тот период Samsung уже была транснациональной корпорацией. Samsung C&T Corporation занималась строительством, инжинирингом, логистическими и трейдинговыми операциями. Строительное подразделение обеспечило сразу несколько громких строительных проектов, в том числе высотный Petronas Towers в Малайзии, Taipei 101 на Тайване и 828-метровый Бурдж-Халифа в ОАЭ. Действует аэрокосмическая корпорация Samsung Techwin, производящая самолетные двигатели и газовые турбины, а также поставляющая комплектующие для реактивных двигателей Boeing и Airbus. Корпорация также вошла в корейский консорциум по строительству атомной электростанции в ОАЭ.

В 1993 году новая реорганизация: отныне Samsung сосредоточена на электронике, машиностроении и химической промышленности. Проданы 10 дочерних компаний, штаты сокращены, и обновленная корпорация начинает инвестирование в технологии LCD-панелей, к 2005 году став самым крупным их производителем. Партнерство Samsung в этой сфере с японской Sony заканчивается взятием совместного предприятия под контроль корейской корпорации.

Именно подразделение Samsung Electronics быстрее других в корпорации росло в первом десятилетии XXI века. Тогда структура специализировалась на производстве модулей памяти и других компьютерных микрочипов, а также жидкокристаллических панелей, ноутбуков и сотовых телефонов. В 2001 году компания захватила мировое лидерство в области продаж жидкокристаллических панелей для телевизоров и компьютерных мониторов.

Если в начале 1990-х годов на долю Samsung приходилось более двух процентов ВНП Южной Кореи, то в 2010 году оборот корпорации – ни много ни мало $ 172 млрд – составлял почти 20 % валового национального продукта страны.

В России с 2010 года работает завод «Самсунг Электроникс Рус Калуга» (SERK) – чисто сборочное предприятие, на котором трудятся около 1300 чел. Здесь производится 100 % всех продаваемых в России телевизоров и мониторов Samsung, в том числе LED, жидкокристаллические и плазменные телевизоры, жидкокристаллические мониторы, Blu-Ray проигрыватели и домашние кинотеатры. Завод относительно неплохо выглядит по производственным показателям среди заводов Samsung всего мира.

Пока это единственное в России предприятие Samsung, его появление продиктовано рациональным логистическим решением: российский рынок велик, а сборка рядом с потребителем существенно удешевляет себестоимость продукции за счет оптимизации транспортных расходов.

 

Штурм силиконовой долины

Теперь, в XXI веке, Samsung концентрируется на пяти ключевых направлениях, среди которых в первую очередь мобильная связь, электроника и биотехнологические препараты, в том числе генно-инженерные. Создано совместное предприятие с Biogen, в которое Samsung уже инвестировала $255 млн. Компания будет обеспечивать технологические разработки и создание биофармацевтических производств в Южной Корее. Всего же корпорация планирует вложить в отрасль почти $2 млрд.

Продолжается и расширение корпорации на рынке мобильных телефонов. В прошлом году Samsung стала крупнейшим в мире производителем мобильных телефонов и, судя по всему, корпорация не планирует сдавать позиции – на модернизацию завода полупроводников в Остине (Техас) будет направлено $3 – 4 млрд. Отдельной строкой корпорация выделяет инвестиции в новые управленческие технологии и бизнес-модели – это еще порядка миллиарда долларов.

В 2013 году Samsung запустила агрессивную кампанию по экспансии в Кремниевой долине. В Менло-Парк (Калифорния) открыт инновационный центр корпорации, в Сан-Хосе планируется расположить центр исследований и разработок, в Пало-Альто – инкубатор стартапов. Завоевание Калифорнии – это часть более широкой стратегии корпорации по созданию центров исследований и разработок в «горячих точках» предпринимательства по всему миру. Центром же будет Кремниевая долина, где к 2020 году на Samsung будут работать несколько тысяч человек. По мнению Samsung, известной больше следованием за инновациями, чем лидерством в них, компания нуждается в свежей крови, обогащенной духом предпринимательства Долины.

Расширение присутствия Samsung в Кремниевой долине порой ложно трактуют как обострение ее соперничества с Apple: обе компании конкурируют за одни и те же инвестиции, одни и те же технологии, за одних и тех же сотрудников. Отношения двух корпораций, мягко говоря, сложны и обострились в последние годы с запуском линейки новых смартфонов во главе с Galaxy. Теперь Samsung ведущий в мире продавец смартфонов – и, что важнее, один из главных поставщиков компонентов для Apple.

Юридические и патентные войны не ослабили наступательный порыв Samsung: в ближайшие несколько лет компания собирается удвоить свой годовой доход в $ 400 млрд (по итогам 2012 года) и встать в ряд с крупнейшими компаниями мира – такими, как Exxon Mobil или Wal-Mart Stores Inc. Руководство Samsung считает, что для этого компания должна радикально изменить культуру и стратегию. Изменение стратегии, видимо, будет состоять в том, чтобы переместиться из кильватера инноваций на передовую линию – эту идею подтверждают космического размера инвестиции в R&D и занятые в Долине позиции.

В корпорации понимают, что для осуществления этого сдвига нужно отказаться от «островной культуры», сосредоточенной на внутренней разработке технологий и продуктов. Samsung ныне открывает двери и протягивает руку потенциальным партнерам, инвестирует в стартапы, поддерживает прочие инновации и начинает активнее приобретать другие компании. Иными словами, Samsung хочет подключиться к источнику жизненной силы других компаний Кремниевой долины и присоединиться к глобальным инновационным силам.

08.06.2013

Комментарии 0

Войдите или  зарегистрируйтесь, чтобы отправлять комментарии

Справка

Ложка дегтя в бочке меда

В настоящее время уровень жизни корейцев приближается к среднему европейскому, а по паритету покупательной способности страна догоняет США. Ну а Samsung состоит из 83 подразделений, каждое из которых по обороту сопоставимо с бюджетом небольшой страны, и производит 20 % валового внутреннего продукта Южной Кореи.

Триумфальному шествию Samsung по миру ничуть не помешали такие мелкие неприятности, как обвинения в завышении цен (и штраф в $ 300 млн, наложенный судом Сан-Франциско) и в ценовом сговоре (за что Евросоюз оштрафовал корпорацию на 145 млн евро). Что говорить о таких мелочах, как подкуп шефа корейской разведки и старшего помощника президента страны, «смазочном фонде» в сотни миллионов долларов и прочих малозначимых вещах. Правда, в 2007 году глава Samsung Ли Гон Хи подал в отставку с поста руководителя из-за скандала, связанного с неуплатой налогов. Его приговорили к тюремному заключению, но затем помиловали и он вернулся на пост председателя совета директоров корпорации, оставаясь крупнейшим частным владельцем акций компании и самым богатым корейцем с личным состоянием около $4 млрд.

Аналитика